Зарисовки

06.06.1811:06

Светлана ГАФУРОВА

Несерьезный разворот

Если смотреть на жизнь весело и легко, то от процесса проживания можно получать удовольствие. Вот и я попыталась увидеть смешное в обыденном, повседневном, не заморачиваясь высокими материями, мыслями о вечном и бесконечном, не ударяясь в философию, как это любят делать «настоящие» поэты и писатели. Что из этого получилось – судить читателю…

Истинная мусульманка


Была у меня одна подруга – истинная мусульманка. Назову ее Джан. Познакомились мы с ней на почве наших отцов. Мой отец был писателем и ее тоже. Но мой – жил в Башкирии, а ее в Каракалпакии. Кстати, ее отец был еще по совместительству и министром культуры маленькой, но гордой страны. И вот как-то раз мой папа в составе писательской делегации поехал в Каракалпакию и там они пересеклись с отцом Джан: бухали вместе в какой-то каракалпакской юрте.

А мы познакомились с Джан на конференции по эзотерике в городе Челябинске. Большего количества людей, похожих на сумасшедших, я до того нигде не встречала. Из Уфы были только мы вдвоем и потому оказались в одном гостиничном номере, где разговорились и вспомнили эту далекую историю про наших отцов. Джан рассказала мне, что она ведет свой род прямо от пророка Мухаммеда и потому обладает необыкновенными экстрасенсорными способностями, с помощью которых «обувает» несчастных богатых баб с московской Рублевки и тем зарабатывает себе на жизнь. То, что Джан рассказала мне про быт и нравы Рублевки, затмевает стивенкинговские триллеры. По ее словам, рублевские жены – несчастные пленные птички в золотых клетках, дети – моральные уроды, больные с рождения и имеющие ужасную карму. Словом, поле для заработка не паханное. У Джан возникла идея сотворить из меня агента по продвижению своих недюжинных способностей. И потому, вернувшись в Уфу, она пригласила меня с дружественным визитом в баню-сауну для осуществления своих далеко идущих планов. Я, как глупая рыба-карась, клюнула на эту наживку и в сауну приперлась.

Джан, как истинная мусульманка, всегда ходила в длинной юбке до земли и в кацавейке из зеленого бархата с наглухо замотанной платком головой. В бане разразился страшный скандал. Джан решила поплавать в бассейне в шароварах и в рубахе с длинным рукавом, так как видеть обнаженное тело истинной мусульманки никто не должен. Служительница бассейна не поняла этого и подняла страшный хай. Она кричала: «Я не позволю вам стирать свое белье в нашем бассейне»! Джан тоже орала до визга. Короче, весь кайф был сломан и день испорчен напрочь.

В следующий раз Джан пригласила меня к себе в гости. Она жила за городом в доме рядом с мечетью. За угощением моя подруга начала подбивать под меня клинья, уговаривать, чтобы я сменила свое вероисповедование на мусульманское и переехала жить в тот дом, в котором она жила. Слава Богу или Аллаху, что я этого не сделала. Дом спустя уже пять лет после этой истории до сих пор не сдан в эксплуатацию. Лифт там до сих пор не работает. Горячей воды нет. На прощание Джан подарила мне свою книгу (она еще, как выяснилось, писала книги и издавала их большим тиражом). Книга называлась «Любовь и секс в большом городе». Я обалдела. Это как-то не вязалось с обликом истинной мусульманки, закутанной чуть ли не в паранджу. Из предисловия к книге выяснилось, что Джан – врач-гинеколог, кандидат медицинских наук. Но концом нашей дружбы стала другая книга, прославляющая главу государства. Книга, толстенная, в триста страниц, издана за счет истинной мусульманки и пенсионерки Джан. Каждое предложение в ней начиналось со слов "слава Аллаху" и заканчивалось словом "иншалла". Джан предложила мне написать рецензию на эту книгу и опубликовать в местной газете. Я отказалась по причине того, что по своим взглядам являюсь радикальной анархисткой и отрицаю роль государства. На этом наша дружба закончилась. Я забанила Джан в Фейсбуке и живу теперь спокойно, без приключений. Иншалла!

Переезд


Задумали мы намедни с другом переезжать из уфимской Нижегородки в деревню Дудкино. На нашу летнюю дачу. Друг долго изучал Интернет, что почем и кто перевозит. Наконец, нашел «буханку» ульяновского производства еще советских лет выпуска. Договорились по цене на косарь триста. Утром, часов в одиннадцать, «буханка» гордо въехала к нам во двор. На ее морде было написано: «Танк Т-34 грязи не боится!» «Ну-ну, – скептически подумала я. – Посмотрим, какой из «буханки» «танк». Но предусмотрительно промолчала. Зачем заранее пугать человека! Молодой водитель, увидев весь наш скарб, аж присвистнул: «Вы же сказали, что всего десять сумок и телевизор, а здесь все сорок сумок наберется!» «Ерунда! – успокоила я водилу. – Это вам кажется, что вещей много. На самом деле все войдет. Я это все барахло перевезла на своем паркетнике за две ходки. Но сейчас мой автомобиль там, куда мы едем, не пройдет». «Хорошо, что я вчера багажник на крышу купил за семь тысяч, – задумчиво протянул водитель.– Что в машину не войдет, погрузим на крышу». В машину, конечно же, все не вошло. Остатки скарба, то бишь мешки с одеждой, ящики от тумбочек и стулья мы привязали к багажнику ремнями и тронулись. Забавное это было зрелище со стороны, но я старалась не смотреть на «буханку», предчувствуя, что с ней будет, когда она въедет в наши знаменитые дудкинские грязи прямо напротив дворца нашего хужи, то есть главы администрации республики.
Помолясь Богу, а заодно и Аллаху на всякий случай, я села в свой паркетник и поехала в сторону ВДНХ, где без приключений перебралась на катере на другую сторону Уфимки. Иду себе по дороге, радуюсь солнцу, пению птиц, стараясь не думать о плохом. Тут раздается звонок друга. Он мне говорит «Нас всосало в чернозем по самое не хочу. Ничего не помогает. Наверное, придется тут жить». Ключ от дачного домика у друга и от калитки тоже. Я перелезла через забор дачи, села на лавочку и стала думать, что делать. В такие критические минуты друг советует мне молчать, не разговаривать с ним и не давать ему никаких рекомендаций. Я мужественно пыталась придерживаться его советов ровно пять минут. Потом не выдержала, позвонила и порекомендовала бросить под колеса доски. «Ничего не помогает!» – ответил он мне и сбросил звонок. Через тридцать минут перезвонил и велел искать какой-нибудь внедорожник или трактор. Я взглянула окрест. Ни того, ни другого поблизости не оказалось. Еще минут через двадцать друг перезвонил и сказал, что мимо проезжал джип и согласился их вытащить за триста рублей, но нет троса. Я села на первую весеннюю травку в позу лотоса и подумала, что хорошо бы стать буддисткой. Тогда все будет пофиг. Наконец, часа через два заурчал двигатель и в узком проходе между дачами показался «танк Т-34». Вид его был ужасен. Он, кажется, начал боятся грязи. Да и водитель порастерял свою былую самоуверенность. Он вздыхал, охал и причитал, что сломался вентилятор двигателя, а дверь перекосило и просил накинуть еще пятихатку за экстремальный вызов. Скрепя сердце я отдала другу последнюю пятихатку, чтобы он передал ее водителю. Наконец, «буханка» укатила восвояси. А мы стояли посреди груды барахла и подсчитывали потери. Недоставало полок от тумбочек. Они сгинули где-то в великих дудкинских грязях. Была пробита крышка электрочайника, сломан телевизор, в машине осталась моя любимая швабра. Но я уже решила стать буддисткой и потому все эти мелочи жизни меня не трогали.
Мозг сверлила лишь одна мысль: куда делись двадцать пять лямов, которые были выделены на строительство дороги к деревне Дудкино? Я посмотрела на дворец хужи на горе, напротив моей лачуги, мысленно задала ему этот вопрос, даже не надеясь никогда получить на него ответ...

Королева секонд хенд

Что мне в нынешнем времени нравится – так это дешевые и доступные шмотки. Раньше как было: на сапоги зимние приходилось копить целый год, ехать за ними в Москву, а потом носить десять лет, пока подошва не отвалится. То же самое и с верхней зимней одеждой. Купишь шубу или пальто с чернобуркой и будешь ходить в них до тех пор, пока карманы до дыр не протрутся и глаза уже не захотят больше смотреть на это облезлое чудо-юдо. В наши дни с появлением в Уфе сети магазинов мега секонд-хенд все упростилось до предела. Теперь фирменную европейскую одежду – итальянскую, немецкую, английскую, часто новую и даже с ценником – можно покупать в этих магазинах на распродажах по цене обычного обеда – за двести, триста, максимум, пятьсот рублей. Что я, в принципе, и делаю. И не я одна. В одном из таких магазинов в центре города образовался целый клуб любителей одежды секонд-хенд, посетителей которого я узнаю в лицо, а с некоторыми даже здороваюсь. Приезжая на распродажи в те дни, когда скидка достигает 90 процентов, здесь можно купить приличное демисезонное пальто за пятихатку, платье за сто рублей, или фирменные итальянские джинсы за пятьдесят рэ.

Удивительные, порой смешные, сценки можно наблюдать в клубе любителей секонд-хенд в дни распродаж. Утром в магазин сразу после открытия врывается целая толпа, состоящая, в основном, из женщин. Тележки расхватываются мгновенно. Толпа быстро растекается среди стоек, с густо и плотно нанизанной одеждой. Люди хватают все, что более или менее нравится. Тележки наполняются с верхом. Чтобы не ждать очереди в примерочную, все одевается прямо в торговом зале у зеркал. Женщины не стесняются обнажаться до нижнего белья, натягивая на себя кофточку за кофточкой, футболку за футболкой, блузку за блузкой. Одежда тщательно исследуется на наличие дырочек и потертостей. Ненужная – отбрасывается, подходящая – откладывается. И тут не зевай: не успеешь отвернуться, как тут же у тебя уведут свитерок или блузку, брюки или юбку. И ты кричишь: «Эй, отдайте, это мое!»

Контингент покупателей здесь самый разнообразный от стильных модниц с цветными волосами, до потертых и побитых молью жизни старух. Однажды я даже заметила в толпе знакомого профессора, доктора наук. Мне почему-то стало стыдно за себя, и я спряталась за колонну, из укрытия наблюдая за ним. Профессор с энтузиазмом бросился рассматривать рубашки, а его спутница направилась к стойке с юбками. «Да, подумала я, неважно, видно, сегодня живут профессора, раз не гнушаются заглядывать в секонд-хенд…»

Интересно ведут себя некоторые завсегдатаи этого клуба. Один мужчина, например, которого, как я случайно узнала, зовут Гоша, приходит сюда с планшетом. Найдя какую-нибудь фирменную вещь, он заходит в Интернет и узнает ее реальную стоимость. А потом думает, брать или не брать и сколько он на этом сэкономит. Недавно он устроил скандал: поднял крик на весь магазин из-за каких-то брюк, которые ему почему-то не давали. Выбив с боем эти брюки, он все же их не взял, бросил на стойку с не подошедшей одеждой. Есть здесь и своя королева. Она тусуется в магазине постоянно. Когда я что-то примеряю, дает мне советы – идет-не идет, брать-не брать. Сама она одевается как пугало огородное: юбка с нелепыми воланами до пола, на голове шляпа – воронье гнездо. Поверх зеленой блузки – красный шарф.

– Вы знаете, – сказала она мне как-то доверительно, – мне уже дома ходить негде, все уставлено мешками с одеждой…

– А зачем покупаете?

– Это мое хобби. Скучно жить просто так…

Одна женщина, увидев на мне красивое шотландское пальто, купленное в этом магазине на распродаже, пригорюнилась: «Ах, как я хотела взять это пальто. Оно мне даже во сне снилось. Не успела».

Друга своего я одела в секонд-хенде с ног до головы в модную фирменную новую немецкую одежду. Теперь боюсь, как бы не увели.

Вот так Европа сегодня нам помогает выглядеть модно, дорого и красиво, независимо от толщины кошелька.

После каждой очередной распродажи и посещения секонд-хенда я с удовольствием рассматриваю свой очередной улов. Для меня это все равно как рыбалка для мужиков. Подсчитываю, сколько сэкономила, читаю брендовые ярлыки. Переодеваюсь прямо в машине. А потом иду по улице такая вся – Дольче Габанно – made in Ytaly. Красивая – до жути. Аж все мужчины оглядываются и долго смотрят мне вслед!

И я чувствую себя королевой. Королевой секонд-хэнд.

0
52


0
Оставить комментарий